|
| |
|
 |
15 октября 2011 г
(2 октября ст.ст.), Суббота.
Седмица 18-я по Пятидесятнице.
|
Святые дня:
Сщмч. Киприана , мц. Иустины и мч. Феоктиста. Блж. Андрея , Христа ради юродивого. Прав. воина Феодора Ушакова. Мц. Александры. Мчч. Давида и Константина, князей Арагветских. Блгв. кн. Анны Кашинской. Прп. Кассиана Угличского.
Евангельские чтения:
Свв.: 1 Тим., 280 зач., I, 12-17. Ин., 36 зач., X, 9-16. Ряд.: 1 Кор., 162 зач., XV, 39-45. Лк., 19 зач., V, 17-26. |
,
15
,
2026
|
|
|
|
|
Дачники
Константин Дьячков
Владимиру Константиновичу, именитому петербургскому инженеру-конструктору и моему деревенскому соседу семьдесят пять. Лет десять назад после инфаркта за операцию продления жизни врачи попросили у него двадцать тысяч долларов. Старик денег платить не стал, оставил работу и переехал в свое наследственное имение деревни Любони Новгородской области. Людмила Николаевна, его супруга, давно-давно мне рассказывала, что в былом он родовитый чеченец, из тех, что в позапрошлом веке сдались и присягнули императору. Картошка, морковка, фруктовый сад, грибы-ягоды, баня, рыбалка, жена-красавица и два кота-кастрата себе на уме, - вот почти полный контур нынешних забот голубоглазого горца, всегда улыбающегося Владимира Константиновича.
С другой стороны, за тунеядство перестали наказывать лет двадцать назад. А значит и поиски свободы с той поры, внутренней и вовне, людям юного и среднего возраста можно было не привязывать к рабочему графику и трем неделям законного отдыха. Теперь деревенские просторы, кроме стариков-пенсионеров и алкоголиков, на законных основаниях осваивают полные сил и желаний молодые люди. Напряжение исконной русской ксенофобии местного люда снимает инверсия постиндустриального общества. Свои наследники в поисках телевизионного счастья наполняют пустующий балласт Москвы и Петербурга, а тамошние внуки революции едут поднимать то, что десятилетиями разваливали их деды и отцы. Летними выходными деревенский рисунок жизни раскрашивает причудливый альянс с новоиспеченными офисными приказчиками, навещающими землю предков ради бурного снятия стрессов своей столичной карьеры.
А еще в наших краях много добрых и хороших людей, они едут жить простой и честной жизнью, с той первозданной свободой, когда необходимое строишь себе сам своими руками. Когда ешь, что вырастил и когда понимаешь, что окружает тебя здесь то, что живет не рукотворными законами, без мысли о правиле и порядке, без насилия, живет и довольствуется ровно той долей, какую отпустил всем и каждому Господь Бог.
|
|
|
|
