27.06.2014

Кругом тонула Россия

О евангельской параллели в поэме В.В.Маяковского «Хорошо!»

К библейским образам и ситуациям как средству выражения непреходящих общечеловеческих начал обращались художники всех эпох. В русской литературе к текстам Священного Писания прибегали Пушкин, Гоголь, Достоевский, Чехов и другие писатели. К евангельским сюжетам и образам на протяжении всего своего творчества обращался и Владимир Маяковский. Так, например, его ранняя поэма «Человек» целиком построена на аналогии главного героя – лирического «я» поэта – с Иисусом Христом. В настоящей заметке мы попытаемся обосновать одну параллель, проливающую дополнительный свет на образ Блока в поэме Маяковского «Хорошо!»

Знаменитое евангельское событие повествует о том, как ученики, плывя в лодке по Галилейскому морю, увидели Христа, идущего по водам. Спаситель велел апостолу Петру идти к Нему. Тот пошел по воде, но испугавшись бури и ветра, начал тонуть. Тогда Иисус поддержал его и сказал: «Маловерный! Зачем ты усомнился?» (Мф. 14, 22–31).

По словам Эккермана, Гете считал это евангельское повествование глубоко истинным и драгоценным. «Это одна из самых прекрасных легенд, – сказал мне Гете, – и я люблю ее больше всех. В ней высказано высокое учение, что человек верою и присутствием духа побеждает даже в самых трудных предприятиях, но стоит ему поддаться ничтожному сомнению, и он погибает».

Образ евангельского Петра всплывает в описании Маяковским событий Октябрьской революции в поэме «Хорошо!» Судьба Блока здесь осмысляется через непреходящий смысл евангельского повествования. Отмечая внутренне смятение, два «ощущения революции» у Блока: «хорошо» и «библиотеку сожгли», Маяковский как бы уподобляет его усомнившемуся, тонущему Петру:

Кругом

тонула

Россия Блока…

Уставился Блок –

и Блокова тень

Глазеет, на стенке привстав…

Как будто

оба ждут по воде

шагающего Христа.

Усомнившийся Петр тонул, но Иисус удержал его и тем спас от гибели.

Но Блоку

Христос

являться не стал.

«Раздвоение» Блока, символизирующее его два «ощущения революции», персонификация его тени могут ассоциироваться в сознании читателя с образом сомневающегося Петра, являющимся в данном случае как бы двойником Блока. Как писал Маяковский в статье «Умер Александр Блок», – «дальше дороги не было. Дальше смерть. И она пришла».

Следует, однако, иметь в виду, что психологическое содержание образа Блока в поэме, конечно, не исчерпывается данной евангельской параллелью. Маяковский как бы невольно творит памятник Блоку, запечатлевая его лик для потомков. Христос здесь звучит почти как «цитата» из Блока, его некий опознавательный знак. Именно такой Блок Маяковского – в смятении ждущий Христа и оставленный Богом – врезается в память читателей поэмы.


© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

 
 
 
Rambler's Top100

Веб-студия Православные.Ру