17.04.2014

Семейное чтение. Двенадцать

В Галилее время движется по-другому. Когда едешь на машине, галилейские холмы то набегают, то расступаются. В разное время они открывают то изумрудную, сочную зелень, то золото поспевшего урожая, то обнаженную каменную землю. Здесь вились узкие тропы, по которым шли караваны верблюдов, ступали тяжело груженые труженики ослики. Здесь растили пшеницу, собирали урожай, ловили рыбу. Здесь смеялись и растили детей, здесь проходили армии народов, имена которых забыты. Сейчас эти тропы слились в шоссе, переполненное летящими машинами, а склон древней столицы Галилеи – Тверии, застроен современными отелями. Сегодняшнее небо над водой расписывают тайными письменами не только стаи перелетных птиц, но и серебряные, сверкающие на солнце самолеты. А воды озера по-прежнему отражают вечную красоту неба.

Само озеро открывается каждый раз по-другому – то ударит синью в глаза, то померцает мягкой лазурью, то сольется с серым небом, не отличное, будто его и нет совсем. Но рано или поздно, в блеске или дымке, Галилея открывает свое море, свое главное сокровище. У него множество имен – Галилейское, Тивериадское, Генисаретское. Озеро именуют то по имени области, то по названию древней столицы – Тиберии, то по имени равнины, которая начинается на западном берегу. В Израиле его называют морем, и древним именем "Ям Кинерет". Так назвали его потому, что живописные очертания его берегов напоминают музыкальный инструмент, на котором играл библейский царь Давид. Иногда «кинор» переводят как арфу, иногда как лютню, или псалтирь.

Тысячи лет Галилейское озеро не только поражало своей красотой, но и привлекало как источник жизни и благосостояния. На его берегах всегда селились люди, привлеченные возможностью под испепеляющим солнцем растить земные плоды и получать богатые уловы рыбы, не переводившейся в этой поистине живой воде.

Озеро лежит на дне той же тектонической ямы, что и Мертвое море, только повыше, его уровень на 200 метров ниже уровня мирового океана. В нем все необычно, и то, что с севера в него впадает река Иордан, которая берет свое начало на снежных вершинах самой высокой горы – Хермона. Проходя насквозь, воды Иордана (реки, «падающей с Дана», как переводится ее имя), впадают в Мертвое море, безжизненное, наполненное тяжелой водой, подернутой переливчатой, глицериновой пленкой. Древние авторы полагали, что Иордан рассекает озеро пополам и проходит насквозь, не смешиваясь с его водами. Именно этому обстоятельству они приписывали то, что в отличие от Мертвого моря, вода озера пресная и вкусная, а берега – густо населены и полны жизни.

Подробное описание новозаветной природы дает Иосиф Флавий, он пишет: “Генисаретское озеро получило свое название от примыкающей к нему прибрежной полосы. Оно имеет 40 стадий ширины и 140 длины. Вода его пресная и очень пригодная для питья, ибо она жиже густой воды болотистых озер и прозрачна, так как озеро со всех сторон окаймляется песчаными берегами и удобочерпаемо…В озере водится разного рода рыба, которая по виду своему и вкусу отличается от рыб других вод. ...Вдоль Генисарета тянется страна того же имени изумительной природы и красоты. Земля по тучности своей восприимчива ко всякого рода растительности, и жители действительно насадили ее весьма разнообразно; прекрасный климат также способствует произрастанию самых различных растений… Здесь природа будто задалась целью соединить на одном пункте всякие противоположности; здесь происходит чудная борьба времен года, каждое из которых стремится господствовать в этой местности. Ибо почва производит самые разнообразные, по-видимому, плоды не только один раз, но и в течение всего года беспрерывно».

На берегу этого удивительного по красоте озера развернулась почти вся евангельская история. Здесь прозвучала проповедь Христа, здесь на служение были призваны апостолы, произошли чудеса и удивительные исцеления. Сюда, в город Капернаум, больше двух тысячелетий назад, переселился Иисус со своей Матерью из Назарета. По нынешним представлениям город Капернаум был небольшим, но весьма процветающим. Название города на иврите звучит как Кфар Нахум, что в переводе означает деревня Нахума. Видимо, здесь жил праведник с таким именем, известно, что когда-то сюда приходили паломники, но история не сохранила достоверных свидетельств о тех далеких временах.

Археологические находки говорят о том, что Капернаум был основан в начале эпохи Хасмонеев (самые древние найденные здесь монеты относятся ко II-му веку до н. э.). Поселение находилось на границе провинции Галилея, на ответвлении Виа марис (Морского пути). Во времена Иисуса здесь помещались таможня на так называемом Царском пути - из Месопотамии в Египет, и немногочисленный римский гарнизон под командованием центуриона.

Жители тогдашнего Капернаума гордились своим цветущим городом, красотой его архитектуры и привилегированным положением. И действительно, сама природа дала Капернауму все условия для благополучия: во времена Иисуса он стоял на границе областей двух тетрархов, Ирода Антипы и Ирода Филиппа, и процветал еще благодаря взиманию пошлин с проходящих через границу и с переправляющихся на лодках, был близок к столице - Тверии. Однако, природа Галилеи была не так идиллична, как описал ее Иосиф Флавий. Действительно, эта область на фоне пустынь и гор древней Иудеи представлялась дивным оазисом. Если вы приедете сюда поздней осенью, зимой, или ранней весной, то будете поражены ее свежестью и красотой. Но в летний период в низине около озера опускается невыносимая, удушливая жара, а в зимний – налетают неожиданные штормы, который поднимает восточный ветер - «шаркия». Как и в далекие времена они грозят гибелью рыбакам, а рыболовство было основным занятием жителей города.

Большинство семей в прибрежных городах - Вифсаиде, Коразиме, Магдале и Капернауме, были потомственными рыболовами. И по сей день Галилейское озеро богато рыбой, которая считается самой вкусной. А две тысячи лет назад эта рыба славилась по всей Римской империи и поставлялась чуть ли не во все ее города. Капернаумские рыбаки сами строили и ремонтировали свои лодки и паруса. Подростки добывали рыбу гарпунами и удочками, а настоящие промысловики выходили на лов большой семьей, иногда нанимали помощников. На мелководье расставляли сети, а с лодок несколько раз закидывали неводы, что требовало опыта и сноровки. Рыбачили, в основном, ночью, чтобы утром отнести свежий товар на рынок. Большие лодки, как правило, оснащали парусами, на озере часто дули сильные ветры, переходившие весной в шторм. Несмотря на то, что в штиль трудно представить волнующееся Галилейское море, местные жители знали, каким опасным и коварным оно может быть, особенно в период с ноября по апрель.

Жизнь рыбаков была полна тяжелого труда и опасностей, однако она была не чужда вере и духовному поиску. Считается, что рыбаки Галилеи слыли народом грубоватым и темным. На самом деле, веротерпимость, соседство и легкость общения с иноверцами делали эту область в глазах благочестивых южан чуть ли не языческой. Жители Иерусалима постоянно высмеивали их скверное произношение, которое сразу же выдавало их происхождение. Именно по такому галилейскому специфическому говору в апостоле Петре узнали ученика Господа, когда он в Иерусалиме дожидался исхода суда над Учителем. Жителей Галилеи иногда называли «мужичьем», мало смыслящим в религии, хотя многое свидетельствует о том, что эти насмешки были не заслужены.

Пусть те, кто потом стали первыми учениками Христа, не прошли обучения в богословских школах, они, большей частью, владели грамотой, некоторые из них знали по нескольку языков, почитали Писания и были воспитаны в строгой вере. Известно, что они постоянно посещали капернаумскую синагогу, которая была построена римским офицером-прозелитом, чтобы услышать слово Божие. Место, где она была построена, известно, и теперь принадлежит францисканцам. Вероятно, она выглядела также как белокаменная синагога, которая находится у самого озера, и даже в руинах сохранила торжественную величавость. Предположительно это не первоначальная синагога, а реконструкция строения более позднего периода - III-IV вв.

Вполне вероятно, что ученики Иисуса с таким же восхищением, как и мы сегодня смотрели на торжественное белое здание, которое сияло под слепящим израильским солнцем, резко контрастируя с домами горожан, выстроенными из черного базальта. Археологические раскопки открыли большую территорию, на которой мрачно возвышаются черные камни городских стен и жилых домов давно погибшего города. Здесь же под развалинами часовни археологи обнаружили остатки дома апостола Петра. После того как хозяин его покинул, в нем на молитву собирались первые галилейские христиане. Во время войны с Римом (66-70гг.) все побережье было разрушено, но верующие помнили место своих собраний. Несколько веков спустя здесь построили восьмигранную часовню. На обломках стен сохранился рисунок лодки и надписи на греческом и арамейском языках.

Первые ученики, Симон, также как и его брат Андрей, и сыновья Зеведея, жили не только одними житейскими заботами. Братья Симон и Андрей ходили на Иордан, чтобы услышать проповедь Иоанна Предтечи, отшельника, явившегося из пустыни. Неверно полагать, что будущие апостолы представляли собой в Капернауме исключение. Симон и Андрей дружили с сыновьями рыбака Зеведея - Иаковом и Иоанном, которые были близки им по общности жизни, кроме этого их роднила настоящая духовная близость.

С появлением Иисуса в Капернауме около него собралась группа преданных учеников. Они были полностью захвачены его проповедью, хотя далеко не сразу начали понимать ее. Простым галилейским рыбакам наряду с совсем новыми понятиями нужно было осознать и то, что старые, известные им слова наполнились иным смыслом. Они еще не осознали свое высокое предназначение, но полностью доверились Учителю и все душевные силы направили на осмысление того, о чем он говорил.

Иисус называл своих учеников апостолами, что означало в те времена «посланники». Этим именем называли специальных людей, которые осуществляли связь между духовной властью и простыми членами иудейской общины. Их отправляли по двое в отдаленные области, куда они приносили сообщения о решениях Совета, о сроках праздников, следили за пожертвованиями. Ученики и посланники Иисуса были предназначены для иной миссии, и после недолгого периода ученичества отправились на иное апостольское служение. Они понесли по миру не формальные сообщения, а Благую весть, свидетельствовали о пришествии новых времен.

Не случайно и то, что апостолов было двенадцать человек. Это число очень символично и многократно повторялось в древней истории. По библейской традиции ветхозаветная церковь происходила от двенадцати патриархов и делилась на двенадцать колен. Моисей поставил над ними двенадцать старейшин. Будучи символом полноты народа Божия, община продолжала именоваться двенадцатиколенной даже после того, как десять колен разбрелись по свету.

Вскоре после переселения в Капернаум Иисуса, галилейских рыбаков глубоко поразило чудо, которое Он сотворил на пиру в Кане. Евангелист Иоанн говорит, что именно с этого момента они по-настоящему уверовали в Него. Когда Иисус призвал их следовать за ним, будущие апостолы без колебаний простились со своей прошлой жизнью и начали новую, которую целиком посвятили служению Учителю. Вероятно, все ученики были молоды, а самым старшим был рыбак родом из Вифсаиды — Симон.

Его имя стоит в начале каждого списка апостолов, известно, что он обладал живым характером. С горячностью и искренностью он воспринимал каждое слово Учителя и с самого начала был особенно близок ему. Иисус много раз входил в его лодку, проповедовал в его доме и дал ему прозвище Кифа, камень, что по-гречески звучит как Петр. Это имя ученик получил не за то, что во всей полноте понимал слова Учителя и не знал колебаний. Симон был простым, порывистым и противоречивым, и хотя к моменту встречи с Учителем уже был взрослым, семейным человеком, как никто из учеников торопился понять Его слова. Он задавал много вопросов, становясь рядом с Учителем то дерзким, то робким. Никто кроме него не пытался пойти по воде, но и никто, кроме него, после удивительного улова рыбы с искренним смирением не ужаснулся того, что находится рядом, в одной лодке, с Сыном Божьим.

Симон Петр с детской непосредственностью торопился закрепить свое первенство в Фаворских кущах, и он же, единственный из всех растерявшихся учеников, бросился на защиту Иисуса в Гефсиманском саду. Он же отрекся от учителя, и испытал глубочайший стыд за свою слабость. Предание говорит о том, что каждое утро, заслышав пение петуха, апостол Петр принимался горько плакать, вспоминая свое малодушие. Но Иисус знал, что всю оставшуюся жизнь Петр положит в основание Церкви, и простил его. После своего воскресения Он троекратно, по числу отречений, поручил Петру – «паси овцы моя», и снова восстановил его в апостольском звании.

Апостол Петр всю жизнь проповедовал Евангелие, стал олицетворением власти церкви и был первым римским епископом. Он принял мученическую смерть в цирке Нерона у Корнелийской дороги, который был построен в честь покорения Иерусалима. Апостольское служение Петра, его проповедь Царствия Божия прозвучали на берегах Средиземного моря, в Антиохии, в Египте, Греции, Риме, Испании, Карфагене и Британии. Согласно преданию, апостол Марк написал свое Евангелие для римских христиан со слов апостола Петра.

Брат апостола Петра, Андрей, назван красивым именем – «Первозванный». Как и Симон Петр он был рыбаком и сыном рыбака. Оба брата были учениками Иоанна Крестителя, а потом последовали за Иисусом. Андрею, как и Симону, выпала честь быть призванными Иисусом и великий дар услышать этот зов. Андрей Первозванный особо почитается в России, это и не удивительно. После сошествия Святого Духа на апостолов, апостол Андрей отправился с проповедью в восточные страны. По реке Днепр он поднялся до того места, где стоит теперь город Киев , благословил эти места и предсказал, что здесь будет великий город с множеством церквей. Потом поднялся по Днепру еще выше и дошел до славянских поселений, на месте которых был основан Новгород. Ему же принадлежит слава создания Константинопольской церкви. Спустя много веков, после его мученической смерти в городе Патры, при императоре Константине Великом, мощи святого апостола Андрея были торжественно перенесены в Константинополь и положены в храме Святых Апостолов рядом с мощами святого евангелиста Луки и ученика апостола Павла – апостола Тимофея.

К числу апостолов, которые были особенно близки Иисусу, относятся братья - Иоанн и Иаков, сыны Заведеевы. Их мать, Саломия, принадлежала к кругу Учителя и была на Голгофе рядом с Марией Магдалиной и Богородицей. Оба брата были рыбаками из Вифсаиды, поселения на северном берегу Галилейского озера. В евангелиях Иоанна называют «любимым учеником», и действительно, Иисус много раз особенно отличал его. На тайной вечере он был рядом с Иисусом и ему одному был дан тайный знак, указывающий на предателя. После ареста учителя Иоанн отправился в дом первосвященника, чтобы узнать о его судьбе. Из апостолов только он, единственный, осмелился подойти к кресту на Голгофе, и именно ему Господь поручил сыновнюю заботу о своей матери. Петр, Иаков и Иоанн, также как и Андрей, пользовались особым доверием Учителя. Они были допущены в дом Иаира, стали свидетелями Преображения Господня и Гефсиманской молитвы Христа.

До самого окончания земной жизни Пресвятой Богородицы апостол Иоанн был ей преданным и любящим сыном, неотступно оставаясь в Иерусалиме. После Успения Божией Матери апостол Иоанн, по выпавшему ему жребию, направился в Эфес и другие Малоазийские города для проповеди Евангелия. Вся его дальнейшая жизнь сопровождалась великими чудесами и исцелениями. Он невредимым остался 14 дней в морской пучине, и в котле с кипящим маслом, а выпив чашу со смертельным ядом, остался жив и невредим. В ссылке на острове Патмос он прожил много лет, просветил светом Евангелия его жителей, изгнал бесов из одержимых и исцелил безнадежно больных. Здесь же на острове около 67 года апостол Иоанн написал Книгу Откровения, в которой раскрыл судьбы Церкви и конца мира. Вернувшись в Эфес после окончания ссылки, он написал Евангелие.

Главной мыслью всех писаний апостола и опытом всей его жизни любовь утверждается как непременное условие приближения к Богу. Именно поэтому Церковь именует его апостолом любви. Видимо, Иоанн был самым молодым учеником Иисуса, он скончался в возрасте ста с лишним лет, пережив всех свидетелей земной жизни Учителя. Он – единственный из апостолов, который не принял мученическую смерть, а его уход из жизни сопровождался загадочными обстоятельствами.

Когда настало время отшествия апостола Иоанна к Богу, он удалился за пределы Эфеса с семью своими учениками и повелел приготовить для себя в земле крестообразную могилу, в которую лег, сказав ученикам, чтобы они засыпали его землей. Ученики с плачем целовали своего любимого наставника, но, не решаясь ослушаться, исполнили его повеление. Они закрыли лицо святого платом и закопали могилу. Узнав об этом, остальные ученики апостола пришли к месту его погребения и раскопали могилу, но никого в ней не нашли.

Наименование Богослова Церковь дала только одному из учеников Иисуса – Иоанну. Его иконографическим знаком стал орел как символ высокого парения богословской мысли.

Апостол Иоанн - любимый ученик Христа и его брат Иаков Заведеев получили в апостольской общине прозвание "Воанергес", что означает "сыновья грома". Наверное, они оба походили на свою мать, Саломею, женщину глубоко и искренне верующую и энергичную. Иаков, также как и его брат, в начальный период общения с Учителем, хотел видеть в нем земного царя, победителя, громовержца. Они оба мечтали занять первые места у трона Христа.

Но время наивных представлений сменилось пониманием высокой миссии проповеди Евангелия, и после Воскресения Христова Иаков направился в Испанию. Известно, что после Испании апостол Иаков вернулся в Иерусалим, где много проповедовал и всегда выходил победителем в спорах с фарисеями и книжниками. Не в силах противостоять ему, они обратились к волхву Гермогену, но апостол Иаков чудесами и знамениями посрамил вначале его ученика Филета, а потом и его самого. Гермоген сжег свои волшебные книги и, раскаявшись, пришел к Иакову. С тех пор церковь считает, что Иаков обладает особой властью над бесами и молится ему за одержимых бесами.

Апостол Иаков стал первым мучеником за веру среди апостолов, он был осужден на смерть царем Иродом Агриппой и казнен в 44 г. Существует предание, что его обезглавленное тело было помещено в лодку, которая чудесным образом доплыла до Испании. Проповедь апостола на испанской земле дала замечательные плоды, потому что уже в первой половине I века здесь существовала христианская община.

Среди первых учеников Господа был и бывший мытарь таможни по имени Матфей Левий. Он тоже жил в Капернауме, но в отличие от других не рыбачил, а служил на таможне. Он был человеком богобоязненным и состоятельным, однако соотечественники презирали его. В их глазах человек, который собирал подати для Рима, то есть по сути дела прислуживал угнетателям, завоевавшим Палестину, считался почти изменником. Многие мытари использовали свою должность для собственного обогащения, собирая с жителей подати сверх положенных, что тоже не способствовало уважению жителей Капернаума. В их сознании слова «мытарь» и «грешник» стали синонимами. Тем более удивительным для них было то, что рядом с Учителем появился такой недостойный с их точки зрения человек.

Но Матфей сразу же и безоговорочно уверовал во Христа. Он оставил свою прошлую жизнь, чтобы быть рядом с ним, даже пригласил к себе на пир других чиновников, чтобы они смогли услышать слово Иисуса. Вероятно, именно Матфей был самым первым, кто записал Его слова.

По преданию ему принадлежат арамейские «Логии» - изречения Христа. Впоследствии по просьбе христиан, обращенных из иудеев, он написал Евангелие.

Первоначально он проповедовал Благую весть в Палестине, потом с проповедью Христа прошел Сирию, Мидию, Персию и Парфию. Он считается просветителем Эфиопии, в которой и принял мученическую кончину. Совершив множество чудес и показав знамения народу Эфиопии, он не смог тронуть сердца ее правителя – Фулвиана. Тот обвинил его в колдовстве и предал апостола смерти на костре. Пораженный знамениями, которые произошли перед смертью апостола, Фулвиан раскаялся, и принял крещение под именем Матфей.

Кроме четырех рыбаков из Капернаума и Матфея в ближайший круг приверженцев Иисуса вошли Симон Зилот и Нафанаил из Каны, их друг Филипп, житель Вифсаиды, рыбак Фома, а также Иуда Фаддей и Иаков Алфеев. Все они жили в Галилее, некоторые знали друг друга с детства. Чужаком, южанином, был только уроженец города Кериота, Иуда, который предал Учителя. Двенадцатым апостолом после предательства и смерти Иуды стал Матфей, избранный по жребию.

Так произошло, что проповедь Божьего Слова прозвучала именно в Галилее, и жители Капернаума и его окрестностей были слушателями Иисуса и свидетелями сотворенных им чудес и исцелений. В память об этих великих событиях на берегу Галилейского озера строились храмы. Время, войны и стихийные бедствия не щадили их, но человеческая память оказалась долговечней камня. Капернаум сильно пострадал во время землетрясения 746 года, но снова был отстроен немного в стороне от первоначального места. По преданию в XI или XII веке в новом Капернауме находился монастырь Иоанна Богослова, но путешественники XIII века написали о том, что в тех местах обнаружили только семь бедных рыбачьих хижин. Сейчас на этом месте стоит удивительный храм греческой православной церкви, освященный во имя Двенадцати апостолов. Но он принадлежит уже новейшей истории, которая началась в XX веке.

Греческая церковь почитает все чудеса, происходившие в этих благодатных местах, и на стенах храма запечатлены и усмирение бури, и хождение по водам, и удивительный улов 153 рыб. Но особенно чтится здесь исцеление расслабленного и кровоточивой женщины. По преданию именно на месте нынешнего храма стоял дом, через разобранную крышу которого опустили постель с расслабленным, именно здесь больная женщина, уверовавшая в Иисуса, прикоснулась к его одежде и мгновенно избавилась от многолетней болезни.

О храме во имя Двенадцати апостолов знают пока не все, но это вопрос времени. Его нынешний вид потрясает воображение, а жизнь вокруг кипит все активнее. Еще совсем недавно, пустой и заброшенный, он стоял на берегу озера, скрытый за стеной разросшихся деревьев и бурьяна, с позеленевшими, сливающимися с зарослями куполами. Зато сейчас он гордо возвышается на берегу озера, его, еще недавно выкрашенные в красный цвет купола, выгорели под нещадным израильским солнцем и сделали его еще прекрасней. На фоне голубого неба и озера их радостный, как у пасхального яичка, ярко-розовый цвет выглядит особенно трогательно.

Паломники из разных концов мира стали его частыми гостями, приезжать сюда стали и россияне. Храм отреставрирован, изумительно расписан, а главное, в нем теперь часто проходят службы, в том числе и на русском языке. В восстановленном монастыре живет единственный монах – отец Иринарх, удивительной энергии и таланту которого храм во многом обязан своему возрождению. Как начиналась история сегодняшнего храма Двенадцати Апостолов мне рассказал отец Иринарх.

В этих местах по преданию стоял большой и очень богатый монастырь во имя Иоанна Богослова. В XX веке предпринимались несколько попыток провести археологические изыскания, в том числе и при Иерусалимском патриархе Дамиане, при котором, собственно, и начался нынешний монастырь и храм. Раскопки проводились не только с целью исторических изысканий, сохранились легенды об огромных богатствах погибшего монастыря. По преданию он владел роскошной, дорогой утварью, и только огромных лампад чистого золота в нем было две с половиной тысячи. Монастырь до сих пор не обнаружен, а некоторые ученые высказывают предположение, что в результате землетрясения он просто скрылся под водами Галилейского моря.

Патриарх Дамиан, несмотря на то, что монастырь не удалось найти, в 20-х годах начинает его восстановление на руинах разрушенных временем строений. Начинается строительство монастырского дома, который уже больной патриарх мечтал использовать как свою зимнюю резиденцию, строится храм. В 1931 г. строительство заканчивается, но патриарх Дамиан скончался, не успев дождаться его окончания. В монастыре начинают селиться монахи, а храм стоит почти все время пустым. Дело в том, что храм расположен вдалеке от жилья, и в нем не было постоянного священника, службы проходили от случая к случаю.

С 1996 г. здесь поселился отец Иринарх, который дал храму новую жизнь. Он приехал из Греции, и постепенно, шаг за шагом, сумел превратить заброшенный участок у озера в кусочек настоящего земного рая. Практически вся работа проделана им в одиночку, а начиналась его жизнь здесь в жестоких условиях – надо было обустроить келью, решить простейшие житейские проблемы, ведь даже питьевую воду надо было возить за 7 километров, привести в порядок запущенную территорию. А рядом не было ни одного человека, в монастырь запросто забредали бандиты, бродяги, наркоманы, приходили жители ближайших арабских деревень, требуя, чтобы он оставил это место, угрожали расправой. Но отец Иринарх устоял в это сложное время, и преодолев невероятные трудности, сделал невозможное – на заросшем бурьяном грязном берегу создал оазис красоты и доброжелательности. Свой путь к главному делу своей жизни он начал в небольшой греческой деревеньке с музыкальным названием Полеохорион. Тогда он был просто мальчиком Константином.

Семья Константина была очень религиозной, родители были простыми, трудолюбивыми людьми, как говорится, мастерами на все руки. В селе было всего полторы тысячи жителей, и все жили достаточно бедно, в основном, за счет своих хозяйств. В семье Константина был и огород, и корова, и лошадь, мальчик работал постоянно, пример было с кого брать – мать умела делать все по хозяйству, дому и огороду, прекрасно шила, отец кроме сельского хозяйства имел специальность строителя и медбрата. Все навыки, которые Константин получил в детстве, впоследствии расцвели в настоящие таланты, которые он принес на службу любимому детищу.

В семье не было большого достатка, поэтому учебу Константин совмещал с работой. После окончания средней школы он пошел учиться по специальности, которая с детства его привлекала – электрика. Учился он долго, и последовательно освоил все варианты этой специальности. Закончив школу, он стал дипломированным специалистом, который познал все тонкости работы – мог сделать проводку в доме, подчинить любые электробытовые приборы, разбирался в электрификации дорог и коммуникаций, лифтовом хозяйстве. Свою учебу он постоянно совмещал с работой стеклореза, работал в церквях, делал и реставрировал витражи.

В 18 лет Константин пошел в армию, и прослужив два года, вернулся домой. Теперь он начал учиться в церковной школе. Туда принимали взрослых юношей и учили их 7 лет, после чего они могли рукополагаться во священника. Священнослужители в Греции имеют категории, школа давала вторую. Максимально высокую, первую категорию можно было получить только по окончании теологического факультета университета.

Учителя в школе были замечательные, хорошо образованные люди, с широким кругозором, которые с первых дней учебы требовали от своих воспитанников не зубрежки, а самостоятельного мышления. От природы независимый по характеру Константин попал в благодатную среду.

Один из лучших преподавателей школы служил в монастыре Святой Екатерины на Синае, бывал в Иерусалиме. Его рассказы о Святой Земле побудили семерых учеников отправиться в Иерусалим для окончания своей учебы. Так получилось, что не всех отпустили семьи, из Греции выехали только трое, а закончили школу - двое, один из которых был Константин. Тогда ему было 24 года, и он уже окончательно определился в монашеском призвании. Его мечтой было по окончании учебы отправиться в монастырь Саввы Освященного, но прежде он должен был получить благословение родителей.

Константин отправился на родину, домой, где пробыл 4 месяца. Родители, особенно мать, не были в восторге от перспективы расставания с сыном, но вариантов им практически не оставили. За время пребывания сына в доме они поняли, что он не только не хочет жить обычной мирской жизнью, но и не может. Эти месяцы он провел уединенно, много читал, и чувствовал себя по-настоящему счастливым только тогда, когда находился в церкви. Скрепя сердце, родители благословили сына вернуться в Иерусалим. Но в монастырь Саввы Освященного он не попал – Господь управил иначе.

Именно в то время, когда Константин, настроенный на уход в монастырь, приехал в Иерусалим, патриархии срочно понадобился управляющий рабочей силой. Иерусалимская патриархия является крупным землевладельцем на территории Израиля, ей принадлежат в том числе и многочисленные сады оливковых деревьев, и сады не малые – некоторые по 3 – 3,5 тысяч деревьев. В период сбора оливок на работу привлекается огромное количество местных арабов, за которыми необходим присмотр - иначе большая часть урожая просто разворовывается. Потери патриархии весьма ощутимы, поскольку работники ухитряются ежедневно выносить с полей мешки спелых маслин, а ведь мешок оливок – полканистры оливкового масла. Молодой и энергичный Константин взялся за дело, в котором знал толк. Уж как ему удавалось контролировать работу на всех территориях одновременно, понять невозможно, но уговорами, объяснениями, проверками, он добился рекордного для всех лет урожая. Два месяца Константин проработал на этом участке, выполняя послушание, и именно в этот период его жизни произошло самое главное событие – пострижение в монахи.

Произошло это в самый разгар работы, приехал посыльный, и трех работников срочно вызвали на заседание Синода. Едва успев скинуть рабочую одежду и привести себя в порядок, они прибыли в патриархию, и когда приклоняли головы, услышали имена: Диодор, Христофор, Иринарх, от волнения они даже не поняли, кто каким именем наречен. И снова работа в поле и на маслобойне. После окончания сезона отца Иринарха хотели рукоположить во диаконы, но он отказался. Он оставался верен своему призванию, без чинов и должностей, простым монахом служить Господу.

По окончании полевых работ отца Иринарха отправили в Вифлием, где он много трудился по реставрации икон и мозаик. Через короткое время он был направлен служить у Гроба Господня. Место это особое и исключительное, как говорят монахи, там служить даже труднее, чем в монастыре. Но Иерусалимский патриарх понял, что священничество не влечет отца Иринарха, и определил ему такое назначение. Два года прослужил молодой монах в Братстве Гроба Господня, пока не возникли обстоятельства, которые обусловили его переход в другое место. Он разошелся во взглядах со своим духовным руководителем и не побоялся высказать свое несогласие с тем, что в Храм Гроба Господня допускают туристов, одетых неподобающим образом. Разногласия привели к тому, что отцу Иринарху было предложено первое же освободившееся место, и это место было заброшенным монастырем в Капернауме. С этого времени начался новый этап жизни отца Иринарха и жизни монастыря и церкви на берегу Галилейского озера.

Тот, кто побывал в Капернауме, не может представить себе, что это дивное место существовало не всегда. Вначале в хозяйстве отца Иринарха был неустроенный дом и пустой, запущенный храм. Все трудовые навыки и освоенные в мирской жизни профессии пригодились как нельзя лучше. Все он делал своими руками, из небольших денег, которые выделялись ему патриархией, отец Иринарх покупал строительные материалы. Он привело в порядок дом, провел электричество, воду, посадил огромный сад цитрусовых, устроил цветники и огород, завел уток, кур, павлинов… Невозможно перечислить не только все мелочи, но даже и крупные дела, которые были сделаны за эти годы. Например, обустройство и ремонт дома, который построен на остатках жилого строения IV века. Келья отца Иринарха и подвал, которые лучше всего сохранились, имеют стены толщиной в 1, 25 метра, и ремонтировать их совсем не просто. Стены потому так хорошо сохранились, что были укреплены удивительным составом, рецепт которого давно утерян. Древние камни, впаянные в пол, также закреплены на совесть, поэтому когда возникла необходимость ремонта полов, оказалось, что никакими другими средствами, кроме отбойного молотка, их не сдвинуть с места.

Но самая главная сложность была еще впереди, нужно было возродить жизнь в этом, некогда славном месте. Отец Иринарх стал приглашать священников, которые служили здесь только раз в году на храмовый праздник – день памяти апостолов Петра и Павла. С потоком иммиграции из бывшего СССР стали появляться первые прихожане, которых отец Иринарх направлял к русскоговорящему арабскому священнику – отцу Роману.

В 1995 – 2000 годах началось полное преображение храма. Художник, вместе с которым отец Иринарх воплощал свой замысел, был знаком ему с детских лет. Он знал его как друга старшего брата, жителя соседней деревни и талантливого церковного художника, знатока и последователя традиций византийской живописи. Вместо пустых грязно-зеленых стен храма, появились чудные росписи, выполненные художником Константиносом Дзумакисом. Расположение росписей и сюжеты художник продумывал вместе с отцом Иринархом. Они много работали со специальной литературой, каталогом росписей художника, выезжали в храмы северной Греции и Косова.

Эталоном для подражания были храмы XX века, росписи константинопольского монастыря Хора, сербские монастыри этого же периода. Общая композиция росписей выглядит следующим образом. Над алтарем изображена Богоматерь Страстная, справа сюжеты, связанные с Голгофой, слева – с Воскресением Господним. На колоннах изображены святые Иерусалимской церкви. Западная стена – изображение Страшного суда, которое представляет собой сложную композицию по мотивам икон северной Греции, Константинополя, Косова, в центре которой огненная река и фрагменты видений пророка Даниила.

Храм преобразился до неузнаваемости, изумительные росписи, витражи и окна, которые обновлены руками отца Иринарха, огромное паникадило ручной работы, сделанное на заказ в Греции – все вместе составило композицию, отмеченную отменным вкусом и знанием византийской искусства росписи. Общее впечатление было настолько сильным, что все местные священнослужители, побывав в храме, загорались идеей обновления своих храмов. С 2000 г., закончив работу в Капернауме, Дзумакис выполнил огромные заказы – сделал росписи в храмах Тверии, Абуснана ( на севере Израиля, рядом с Акко ). Сейчас он расписывает храм Преображения Господня на горе Фавор. Получилось так, что с легкой руки отца Иринарха, на Святой Земле началось возрождение византийской традиции росписи.

В храме есть четыре удивительные иконы, написанные русским художником Сергеем Мироновым, который гостил у отца Иринарха. Две иконы висят в самом храме, это иконы на сюжет крещения в водах Иордана и святые апостолы Петр и Павел. Две иконы помещены на аналое при входе в храм, на одной изображено чудо исцеления расслабленного, а вторая посвящена самому храму. Композиция иконы очень необычна, на ней изображены двенадцать апостолов, а на переднем плане апостолы Петр и Павел, которые держат на руках миниатюрную копию белого храма с алыми куполами.

Сейчас частыми гостями в Капернауме стали не только паломники и туристы. Сюда приходят преподаватели и студенты художественного факультета Хайфского университета, которые изучают византийскую культуру. О росписях храма уже написано несколько работ. Государственная почта Израиля выпустила марку с изображением храма Двенадцати апостолов, который назван одним из уникальных современных храмов Святой Земли. Окрестности Галилейского озера, в которых располагаются Гора блаженств (место Нагорной проповеди), Табха (место умножения хлебов и рыб) и Капернаум, получили официальное имя «Золотого треугольника».

Иногда храм в Капернауме называют храмом Семи апостолов, но это неверно, а откуда взялось это название, объяснил мне отец Иринарх. Храм увенчан восемью куполами с крестами, но как ни посмотреть, видно только семь. Отсюда и появилось неправильное название. В греческой православной церкви этот храм называют либо Храмом двенадцати апостолов, либо храмом Святых апостолов.

Замечательно восстановленный монастырский ансамбль находится сейчас в достойном обрамлении. В саду благоухают цитрусовые, на деревьях одновременно с цветами висят гигантские памеллы, грейпфруты и апельсины. Над ухоженными дорожками тянутся шпалеры винограда. А два гигантских тутовых дерева подстрижены таким затейливым образом, что переплетаются огромными кронами над столами, дающими отдых и тень гостям. Тут же построена каменная, облицованная мрамором галерея с огромным мраморным столом, которая заканчивается ступенями, спускающимися прямо в озеро.

Сейчас Галилейское озеро полноводно, и легкие волны бьются о ступени, по которым во время обряда крещения взрослые спускаются прямо в воду озера. А несколько лет назад вода так сильно отступила, что, спустившись по лестнице, до воды надо было идти десятки метров. А за столом вольготно рассаживаются прихожане и паломники после службы, туристы, приехавшие на экскурсию, арабы из близлежащих деревень с чадами и домочадцами, мангалами, кофе и запахом жареного мяса. Галерею строил и облицовывал специалист, художник по камню, отец Константиноса Дзумакиса. Работа длилась полгода, и теперь за длинным столом совмещается не совместимое – постящиеся паломники со скромной снедью, отдыхающие арабы с мясом на открытом огне и дымящимися кальянами.

Отец Иринарх гостеприимен и неизменно приветлив со всеми, в любое время он открывает храм, отвечает на умные и глупые вопросы, терпеливо разъясняет очевидные вещи. Когда израильский маленький мальчик назвал храм чудным волшебным дворцом, отец Иринарх обрадовался также, как и от изысканного комплимента специалиста.

С американскими туристами он говорит по-английски, с израильскими – на иврите, с арабами – по-арабски. Когда ко мне в гости приехала сестра из Москвы и изумилась, тому, как хорошо он говорит по-русски, отец Иринарх пожал плечами и ответил: «В Израиле жить, и по-русски не говорить?» Если он присел с кем-нибудь на минуточку, не сомневайтесь, у него, не переставая, будет звонить мобильный телефон, по которому он будет говорить, легко переходя с греческого на арабский и с иврита на английский.

Как-то я познакомилась с его мамой, которая приехала навестить сына. Видимо, легкость общения с людьми он унаследовал от нее. До сих пор я не могу понять, на каком языке она рассказывала мне, как тяжело переживала отъезд сына, как заболела диабетом, как исхудала на 17 килограмм. Такие они оба, и мама, и сын, открытые, общительные. Отец Иринарх поражает всех не только своим добрым нравом и гостеприимством, людям легко общаться с ним, потому что в нем нет ни капли ханжества. У него удивительно открытое и веселое лицо, он понимает и ценит юмор, шутит сам.

Я спросила отца Иринарха, отчего в этом монастыре нет других монахов. Он ответил мне, что по традиции в местах большого паломничества не поселяют большого числа монахов. Здесь много суеты, соблазнов, здесь легко рассеяться и отвлечься от своих духовных задач. Но на счастье отца Иринарха и всех, кто полюбил эти места, он устроен по-особому. Его вера, его монашеский труд и служение Богу носят активный характер, когда он не работает, читает духовные книги, когда не читает – трудится. Он любит греческую пословицу: «Лучше с четками в раю, чем с епитрахилью в аду». Он умеет реализовывать свою неистощимую энергию, он умеет разговаривать с людьми и слушать их. Он говорит, что ему интересны все люди, и он готов с ними без утайки делиться своими представлениями о жизни и о Боге. Наверное, поэтому к нему тянутся все - священники, туристы, прихожане, дипломаты из Иерусалима, искусствоведы и художники.

Сейчас, когда столько сделано, вокруг храма кипит активная жизнь. Сюда приезжают верующие, здесь часто стали проходить службы для русскоговорящих прихожан, благо в последние годы появилось много русских батюшек. Среди удивительных успехов отца Иринарха – возобновление торжественного богослужения в праздник Крещения Господня. Только четыре последних года проходит эта служба, которой до этого не было не много не мало 1200 лет. Рядом с храмом появился израильский национальный парк, уж как отцу Иринарху это удалось, но крестный ход с барабанами, трубами и волынками, теперь проходит и по территории парка. Духовенство рассаживается на катерах, которые отъезжают на середину озера, в воду опускаются кресты для ее освящения. Праздник стал привлекать большое число людей, в этот день сюда приезжают не только верующие, но и паломники, и туристы со всего мира.

Великое счастье, что жизнь в этом удивительно благодатном месте возобновилась и те, кто побывал в этих местах, никогда не забудет их. Отец Иринарх говорит, что каждый человек, также как и каждая звезда, имеет свою особую форму, особый размер, особый свет и особую благодать. Ему самому дана удивительная благодать претворить свой труд и свое служение Богу в оазис веры и красоты. В месте, где собирались ученики Господа, он продолжает свое служение, несет свой опыт жизни, свою высокую духовность, помогает людям осознать свое высокое человеческое предназначение.

У белого храма на берегу озера люди забывают о розни и войнах, наполняют усталые глаза красотой, а душу – высокими мыслями. Здесь забывают о суете, царящей за воротами монастыря, и всей душой понимают, что именно здесь, совсем недавно, проходили рыбаки со своим Учителем. Кажется, что если поторопиться, то за поворотом тропы можно еще увидеть, как они шли по берегу озера. Как подошли к кораблю с праздничными парусами, над которым кружилась огромная белая птица с розовым крылом. Она указывала дорогу в дальние дали, туда, где озеро сливается с небом, туда, где начинается Вечность.

Корабль ушел. К счастью, в Галилее время движется по-другому. Как белый корабль стоит на берегу Галилейского озера чудный храм с розовыми куполами.


© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

 
 
 
Rambler's Top100

Веб-студия Православные.Ру