03.05.2013

Иконы «Сошествия во ад» («Анастасис») и «Воскресение»

История праздника

Два иконографических образца, связанных с темой Воскресения Христова, «Сошествие во ад» и «Воскресение», являются иллюстрациями двух следующих друг за другом величайших событий евангельской истории. Первый образ изображает событие, происшедшее во второй день пребывания Христа во гробе и воспоминаемое Церковью за богослужением Великой субботы, а вторая икона уже непосредственно изображает само торжество Воскресения.

Сошествие Христа во ад является одним из наиболее таинственных эпизодов новозаветной истории, имеющим неоднозначные толкования в современном христианском богословии. Суть данного события заключается в том, что после распятия Иисус Христос спустился во ад, сокрушив его врата, и, после евангельской проповеди в преисподней, освободил заключенные там души послушавших Его.

В раннехристианской письменности таинство сошествия Христа во ад нашло отражение, прежде всего, в апостольских посланиях и деяниях (1), а также во многих апокрифических источниках (2). В самом Евангелии единственным упоминанием о рассматриваемом событии являются слова Христа, обращенные к ученикам: «как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи » (Мф. 12:40).

В современном богословии существуют две различные точки зрения на такой принципиальный момент рассматриваемого события, как вопрос о том кого именно Христос вывел из ада, в чем прослеживается православная и католическая традиции толкования сошествия во ад. Православное вероучение считает, что за Христом последовали все заключенные во аде праведники во главе с Адамом, а затем и прочие люди, откликнувшиеся на Его евангельскую проповедь. Традиционная католическая догматика, напротив, настаивает на том, что Христос после Своей смерти на кресте сходил во ад исключительно для того, чтобы вывести оттуда ветхозаветных праведников (3). Следует отметить, что подобное мнение достаточно широко распространено и среди православных христиан, хотя такой подход далек от древнего восточно-христианского понимания (4).

Сошествие Христа во ад для богословов, поэтов и мистиков Восточной Церкви остается прежде всего тайной, о которой ничего нельзя сказать определенно и окончательно. Именно поэтому данной теме уделено сравнительно мало внимания в богословских трактатах, но она занимает исключительное по значимости место в литургических текстах (5).

За событием сошествия во ад последовало Воскресение Христово, произошедшее рано утром в первый день недели. Согласно Евангелию, торжество Христова Воскресения сопровождалось великим землетрясением. Камень от дверей гроба Господня был отвален Ангелом, вид которого был, как молния, а одежды белы, как снег. Воины, стоявшие на страже и охранявшие гроб, дабы никто из учеников не украл тело Христа, в страхе разбежались. О событии Воскресения Христова повествуют все четыре канонических Евангелия (Мф. 28, 1-15; Мк. 16, 1-14; Лк. 24, 1-48; Ин. 20, 1-31), поскольку таинство это является смыслом и основой нашей веры, по словам апостола: «Если Христос не воскрес, тщетно наше проповедание, тщетна и вера ваша» (1Кор. 15, 14).

Установление праздника

Упоминания о событии сошествия Христа во ад встречается у греческих авторов II-III веков, таких как Поликарп Смирнский, Игнатий Богоносец, Иустин Философ, Мелитон Сардийский, Ипполит Римский, Ириней Лионский (6), Климент Александрийский (7) и Ориген (8). Следует отметить, что все крупные писатели следующего за ними «золотого века святоотеческой письменности» (IV в.) тем или иным образом касались темы сошествия Христа во ад, раскрывая ее, прежде всего, в контексте учения об искуплении (Афанасий Александрийский, Василий Великий, Иоанн Златоуст и др.).

Служба Великой субботы, на которой вспоминается событие Сошествия Христа во ад, сохранила ряд характерных черт раннехристианского богослужения: литургические особенности празднования этого дня прослеживаются еще в памятнике письменности IV века, называемом «Паломничество Эгерии».

«Праздник праздников» и «Торжество торжеств» светлое Христово Воскресение (Пасха) получил свое начало еще во времена апостолов. В послании к филиппийцам современника апостолов Игнатия Богоносца есть упоминание о празднике Пасхи как обыкновенном в его время. В нем же он дает указание о запрещении празднования его вместе с иудеями. Сохранились свидетельства, что первоначально Воскресение Христово отмечалось еженедельно, и только со II века его празднование приобретает характер ежегодного события.

Само пасхальное богослужение складывалось уже в последующие века христианства, а его прекрасное увенчание - вдохновенный пасхальный канон, поемый на утрени, был составлен в VIII веке преподобным Иоанном Дамаскиным.

Духовный смысл праздника

Помимо того, что учение о сошествии Христа во ад является одной из важнейших тем православной христологии, осмысливаемое как последняя ступень кенозиса (умаления), которое совершил ради нас Господь, оно имеет также несомненное вневременное, универсальное значение. Плоды данного события распространяются не только на тех, кто на момент сошествия Христа во ад находился там, но и на последующие поколения людей.

Достаточно часто в песнопениях Октоиха встречается отождествление всей Церкви или, еще шире, всего человечества с теми, на кого в свое время распространилось спасительное дело Христа в момент Его сошествия во ад. В частности, когда говорится о том, что Христос воскресил и вывел из ада первозданного Адама, то имя праотца здесь означает не конкретную личность, а символ всего падшего человечества: “Воскресл еси днесь из гроба Щедре, и нас возвел еси от врат смертных, днесь Адам ликует, и радуется Ева, вкупе же и пророцы с патриарха воспевают непрестанно божественную державу власти Твоея“ (воскресный кондак 3 гласа).


Иконография

В православной иконописной традиции произошло своеобразное смешение названий различных иконографических типов, которые условно можно назвать «Анастасис» (греч. «Aνάστασις»), «Сошествие во ад» (лат. «Descensus ad inferos») и «Воскресение Христово» (наиболее поздний иконописный извод образа Воскресения).

Иконография образа «Анастасис» сложилась к Х веку (9). В XI веке данный извод обретает свою законченную форму в ряде византийских мозаик (мозаики монастырей Осиос Лукас (начало XI в.), Неа Мони на Хиосе (1042-1056 гг.), Дафни (конец XI в.), мозаики собора Святой Софии в Киеве (1043-1046 гг.). В центре названных мозаичных изображений представлен Христос с большим крестом в руке, стоящий на перекрещенных створках ада (или персонификации дьявола в виде языческого божка в оковах). Свободной рукой он изводит из гроба Адама, за которым стоит праматерь Ева. В рассматриваемых мозаиках обязательно присутствуют изображения царей Давида и Соломона. В некоторых случаях (например, мозаики Дафни) представляется более расширенная группа праотцев, возглавляемая Иоанном Предтечей.

В XI веке в западноевропейском искусстве (в миниатюре, фреске, памятниках прикладного искусства) возникает изображение «Descensus ad inferos» (Сошествие во ад), созданное именно как образ нисхождения Христа во ад. На всех этих изображениях Христос идет навстречу чудовищу и протягивает руку людям, находящимся у чудовища в пасти.

В последующие века в древнерусском искусстве под влиянием западноевропейских образцов произошло образование особой иконографии нисхождения Христа во ад, в общих чертах напоминающей изводы «Анастасис», но отличающейся от них более расширенным изображением ада и подчеркиванием самого момента нисхождения Христа. Данной иконографии позднее и было присвоено название «Сошествие во ад».

Существуют различные изводы данного образа с одинаковым смысловым содержанием. В зависимости от расположения фигуры Христа по отношению к Адаму исследователи условно выделяют три основных композиционных варианта этого образа.

В первых двух вариантах, в которых сказывается влияние римских триумфальных изображений, фигура Христа повернута навстречу к прародителям или от них. В третьем композиционном варианте, появившемся позднее, фигуры Адама и Евы расположены по обе стороны от Христа, а Господь протягивает им руки. Именно этот последний извод по своей композиционной структуре более всего напоминает образ Преображения Господня, чем подчеркивается момент обоженья человека. Христос словно притягивает Адама и Еву к Себе, вовлекая их внутрь мандорлы, чем зрительно выражена мысль о преображении человеческого естества, ставшем возможным после Воскресения Христова.

Кроме Адама и Евы, на образах «Сошествия во ад» обязательно присутствуют царь Давид и царь Соломон, а также Иоанн Предтеча, первый новозаветный пророк, благовествовавший о Христе в аду. Извод с фронтальным изображением Христа имеет также изображение креста, поддерживаемого ангелами в верхней части композиции, что также вносит в идейное содержание образа и эсхатологический момент.

Еще одной главной идеей, заложенной в данном образе «Сошествия во ад» является мысль о переходе из ада в рай, что символизируется ярким контрастом черной бездны внизу и золотого сияния вверху. Кроме того, в некоторых позднейших вариантах данного извода, появившихся в XV в., в бездне под ногами Христа изображается пророк Моисей, выводящий группу праведников из ада. В святоотеческой литературе переход Моисея через Черное море осмысливается как уход от рабства греху к благодатной жизни в земле обетованной.

Исследователями отмечалась и такая уникальная особенность образов «Сошествия во ад», как стремительное движение Христа, Который в один и тот же момент и нисходит во ад, и взлетает из него, увлекая за собой освобожденных праотцев. Данное впечатление передано противопоставлением движения складок гиматия Христа, взвившихся будто при стремительном падении, и безудержным порывом вверх самой фигуры Спасителя. Такая, казалось бы, незначительная особенность композиционного построения несет огромный смысловой подтекст. Она передает мысль об уже наступающем Воскресении Христовом, происшедшим вслед за Его нисхождением в адские глубины.

Наконец, позднейшим образом, посвященным Воскресению Христову, является изображение самого выхода Спасителя из гроба. На данных образах, появившихся в западноевропейском искусстве в XIV в., Христос представлен со знаменем в руке стоящим на воздухе над открытым гробом, около которого находятся два воина. В древнерусском искусстве данный образ известен с XVII века, где он чаще всего входит в состав сложных композиций Воскресения, в которых в нижней части представлено «Сошествие во ад», а в верхней - «Исшествие из гроба».


Тропарь

Христос воскресе из мертвых, / смертию смерть поправ // и сущим во гробех живот даровав.


Кондак, глас 8

Аще и во гроб снизошел еси, Безсмертне, / но адову разрушил еси силу, / и воскресл еси яко Победитель, Христе Боже, / женам мироносицам вещавый: радуйтесь! / и Твоим апостолом мир даруяй, // падшим подаяй воскресение.


Величание

Величаем Тя, / Живодавче Христе, / нас ради во ад сшедшаго, // и с собою вся воскресившего.


Молитва

О Священнейший и Величайший Свете Христе, Возсиявый всему миру паче солнца в Воскресении Твоем! В сей пресветлый, преславный и спасительный день святыя Пасхи, ликуют вси ангели на небеси и всяка тварь на земли радуется и веселится, и всякое дыхание прославляет Тя, Творца своего. Днесь отверзошася райския врата и свободишася умершия во ад сошествием Твоим. Ныне вся исполнишася света, небо же и земля и преисподняя. Да приидет убо Твой свет в мрачныя души и сердца наша и просветит нашу тамо сущую нощь греха, да и мы сияти будем светом правды и чистоты в пресветлыя дни Воскресения Твоего, якоже новая тварь о Тебе. И тако просвещении Тобой изыдем священоснии во сретение Твое, исходящу Тебе из гроба яко Жениху. И яко возвеселил еси в пресветлый день сей явлением Своим святых дев, зело заутра с миры ко гробу Твоему пришедших, тако и ныне просвети нощь глубокую страстей наших и возсияй нам утро безстрастия и чистоты, да узрим Тя сердечными очесы красного паче солнца Жениха своего и да услышим паки вожделенный глас Твой: Радуйтеся! И тако вкусивши Божественныя радости Святыя Пасхи еще зде на земли, да будем причастницы Твоея вечныя и великия Пасхи на небесех в невечернем дни Царствия Твоего, идеже будет веселие неизреченное и празднующих глас непрестанный и неизреченная сладость зрящих Лица Твоего доброту неизреченную. Ты бо еси Истинный Свет просвещаяй и освещаяй всяческая, Христе Боже наш, и Тебе славу возсылаем ныне и присно и во веки веков. Аминь.


Примечания


1. В частности, особенно ясное указание на событие сошествия Спасителя во ад содержится в посланиях апостола Петра: «Потому что и Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти, но ожив духом, которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал» (1Пет. III:19-20).«Ибо для того и мертвым было благовествуемо, чтобы они, подвергшись суду по человеку плотию, жили по Богу духом» (1 Пет. IV:6).


2. Намного подробнее, чем в текстах, вошедших в Новый завет, тема сошествия Христа во ад раскрывается в раннехристианских апокрифах, таких как «Вознесение Исаии», «Завет Ашера», «Завещания двенадцати патриархов», «Евангелие Петра», «Послание апостолов», «Пастырь» Ерма, «Вопрошания Варфоломея» (или «Евангелие Варфоломея»). Наиболее развернутое повествование о представляет собой текст «Евангелия Никодима», в котором содержится весь комплекс идей и образов, использовавшихся в христианской литературе последующих столетий для изображения сошествия Христа во ад. Согласно Никодиму, Христос не просто сходит в адские бездны, Он вторгается туда, преодолевая сопротивление диавола и демонов, сокрушая ворота и срывая с них замки и запоры. Все эти образы призваны иллюстрировать основную идею: Христос сходит во ад не как очередная жертва смерти, но как Победитель смерти и ада, перед Которым силы зла оказываются бессильны. Именно такое понимание будет характерно для памятников литургической поэзии, посвященных данной теме, а также для восточнохристианской святоотеческой литературы.


3. В толковании на Апостольский Символ веры Катехизис Католической Церкви говорит: “Часто встречающиеся в Новом Завете утверждения, что Иисус «воскрес из мертвых» подразумевают, что, прежде чем воскреснуть, Он побывал там, где пребывают мертвые… Иисус сошел в ад не для того, чтобы освободить из него проклятых или разрушить ад осуждения, но чтобы освободить праведников, которые Ему предшествовали“.

В богослужении латинского обряда тема сошествия Христа в ад используется в пасхальный период. В гимне провозглашения Пасхи, который завершает Литургию Света, первую часть богослужения навечерия Пасхи, поётся: Это ночь, когда разрушив узы смерти, Христос от ада взошёл победителем (из чина мессы пасхального периода).


4. Учение о том, что Христос, сойдя во ад, «часть вывел, а часть оставил», не встречается ни у ранних латинских, ни у восточнохристианских авторов. Как в греческой, так и в латинской патристике говорилось либо о том, что Христос вывел из ада всех, либо что Он вывел некоторых (праведников, святых, патриархов и пророков, «избранных», Адама и Еву и т.д.), но при этом не уточнялось, кого Он не вывел из ада. В самом деле, Если бы Христос спас только тех, кому спасение принадлежало по праву, это было бы не актом милосердия, а только лишь исполнением долга.

В богослужебных текстах, посвященных данному событию, говорится о том, что победа Христа над адом означала «истощание» ада, то есть, что после сошествия туда Христа ад оказался пуст, так как в нем не осталось ни одного мертвеца. Таким образом, авторы литургических текстов воспринимали сошествие Христа во ад как событие универсального характера, имевшее значение для всех без исключения людей.


5. Особенно часто тема сошествия во ад Христа Спасителя встречается в текстах Октоиха, содержащего песнопения седмичных и воскресных служб, где она является одной из центральных. Эта тема в Октоихе переплетена с темами крестной смерти Спасителя и Его воскресения, чем проводится мысль о победе Христа над адом, смертью и диаволом, об «упразднении» державы диавола и об избавлении людей от власти смерти и ада силой Воскресшего из мертвых.


6. Сочинения «Доказательство апостольской проповеди» и «Против ересей». В нем свт. Ириней говорит о том, что сошествие Христа во ад «было для спасения умерших».


7. Сочинение «Строматы», в котором свт. Климент выражает уверенность в том, что проповедь Христа была адресована всем, кто, находясь в аду, был способен уверовать в Него.


8. В одной из книг «Против Цельса» Ориген пишет, что когда душа Христа освободилась от тела, то он обратил свою проповедь «к тем душам, которые освободились от тела, чтобы и из них привести к вере в Себя те души, которые сами желали [этого обращения], а равным образом и те, на которые Он Сам обратил Свои взоры по основаниям, одному только Ему известным».


9. Древнейшим из известных в наше время памятников иконографического типа «Анастасис» является горельеф одной из колонн кивория в соборе святого Марка в Венеции (VI в.). К ранним примерам изображения этого типа также относятся, например, миниатюры Хлудовской псалтыри IX века.


10. Подобные изображения представлены на фресках храма в Грейт Тью (1290 г., Оксфордшир, Англия), датских церквах в Киркерупе (1350 г.), Хьембэке (1475 г.), Эструплунде (1542 г.). Список может быть дополнен произведениями известных западноевропейских средневековых художников, такими как клеймо « Маэсты» Дуччо, полотна Джотто, Себастьяно дель Пьомбо, Якопо Беллини, Фра Беато Анджелико. Следует отметить, что в западном искусствознании по отношению к данным произведениям обычно употребляется термин «Христос в лимбе» (Christ in Limbo), который точно обозначает конкретный круг ада, куда спустился Иисус. На этих полотнах Иисус либо склоняется над провалом в земле, либо (в ранних произведениях, а также средневековых миниатюрах), ад изображен в виде пасти гигантского левиафана, наполненной людьми.








© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

 
 
 
Rambler's Top100

Веб-студия Православные.Ру